Зато у вас (у москвичей 
) под боком
Монинский музей авиации под открытым небом и танковый музей в Кубинке!
Приятель живет недалеко от Кубинки, всё у него в музее "схвачено", зовет, но еще не был.
Танки не гармонь, спокойно к ним отношусь, не "волнуют" они меня.
В Монинском музее авиации тоже не был.
Брат был несколько раз, но он занимался авиамоделизмом, чемпионом был по авиамодельному спорту.
На даче на втором этаже соорудил кабину Боинга, экраны со всех сторон, штурвал, панель с кнопочками, рычаги.
Этакий симулятор, всё работает. Моделей самолетов куча.
Вспоминали вчера на встрече разные случаи, вспомнили и мой каскадерский полет на вертолете Ми-24.
В конце мая или июня (вот, уже забывать начал) в Чернобыле много летали на Ми-24.
Посадка происходила так: вертолет садился, но двигатель не глушил,
механик выпрыгивал из него и смотрел на колеса - не уходят ли они в песок?
Если вязну, то вертолет может перекосить и потом он не взлетит.
Если место не подходит, взлетаем и ищем рядом другое.
Сели, механик посмотрел, всё нормально. Я вылез из вертолета, стали выгружать
оборудование - мне подают, а я складываю его на землю.
Винты еще крутятся, выгрузили почти все, как вдруг механик у видел, что колеса вязнут и вертолет перекашивает.
Командир на взлет, вертолет начал подниматься, а я оборудование закидываю.
Запрыгивал в него когда ступенька (это распашная дверка - пополам верх-низ) была на уровне груди.
Механик помог, за воротник втянул меня. Сел на ступеньку, не в кабину, рукой за что-то схватился и так порхали,
пока новое место не нашли.
Экипаж вертолета прилетел из Афгана, отчаянные ребята были.
Командир был татарин, майор, невысоко роста, молчаливый, внешне спокойный, но заводной, отчаянный как Чкалов.
После Чернобыля должен был пойти учится в академию Жуковского.
Много острых моментов испытал от его Чкаловских полетов.
Тема: Ой, где был я вчера! (Прочитано 23387 раз)